В газете «Кораблинские вести» вышла статья на основе материалов, предоставленных помощником председателя Кораблинского районного суда Рязанской области Ириной Александровной Котовой.
В годы Великой Отечественной войны правосудие, по сути, разделилось на военный суд на фронте и советский народный суд в тылу. Основные тяготы правосудия несли народные судьи.
В 1942 году по мере ухудшения положения с продовольственным обеспечением усилилась борьба с такими преступлениями, как кража продуктов и спекуляция. Судебная практика по Рязанской области показала, что факты растраты и хищений государственных ценностей имели место в большинстве случаев в торговых предприятиях, совхозах, колхозах.
Военное время диктовало жесткие условия жизни. За любую провинность гражданин мог оказаться в местах лишения свободы, о чем свидетельствуют сохранившиеся в архиве Кораблинского районного суда материалы уголовных дел. Так, в ноябре 1943 года народный суд Кораблинского района за мошенничество приговорил к двум годам лишения свободы заведующего магазином Кораблинского сельпо. Он добавлял воду в вино и продавал его покупателям по номинальной стоимости.
В марте 1943 года жителя района приговорили к полутора годам лишения свободы за кражу колхозного сена и строительных материалов из соседнего дома.
Жительницу района — к пяти годам за самогонокурение и кражу колхозной овцы. В ноябре 1944 года за хулиганские действия Народный суд приговорил кораблинца к трем годам лишения свободы.
Следует отметить, что в годы войны существовала и получала все более широкое распространение практика отсрочки исполнения наказаний. Многие осужденные получали возможность искупить свою вину в бою, на фронте. Практика отсрочки исполнения приговоров суда и снятия судимости за доблесть и героизм, проявленные в бою, основывалась на приказе Народного комиссара обороны от 4 октября 1941 года № 0391 «О фактах подмены воспитательной работы репрессиями». Данный приказ напоминал судам, что советский уголовный закон нацелен на воспитание, а не на репрессии, поэтому предоставление возможности человеку проявить себя в бою рассматривалось как гуманный подход советского правосудия, как воспитательная мера.
Из сохранившихся материалов одного из уголовных дел Народного суда Кораблинского района следует, что уволенный в 1942 году из рядов РККА по ранению 21-летний уроженец и житель Воронежской области Зезюков Н. И. работал по направлению счетоводом в колхозе «Память Кирова». Без учета и ведома колхозников выписывал себе по два литра молока в день и муку. Намеревался после освобождения территории Воронежской области убыть к себе на Родину, увидеться с родными. Для этого выписал себе два килограмма шерсти и попросил свалять себе валенки, заплатив за работу 80 кг ржи, и, взяв с собой пустые колхозные бланки с печатями, самовольно оставил место работы и отправился на Кораблинский железнодорожный вокзал, где был задержан сотрудниками милиции. 12 февраля 1943 года приговором Народного суда приговорен к 1 году шести месяцам лишения свободы. После чего снова попал на фронт и 29 ноября 1944 года погиб в Латвийской ССР. Его личные документы до настоящего времени хранятся в материалах уголовного дела. Родственники за ними в суд не обратились.
Согласно книгам приказов, на начало войны в Кораблинском районе Рязанского округа Московской области действовали два участка Народного суда: в селе Кораблино и селе Пехлец, которые 7 августа 1941 года были объединены в один с местом нахождения в селе Кораблино.
Из сохранившихся документов следует, что работников Народного суда мобилизовывали в ряды Рабоче-крестьянской армии (РККА). Так, 24 сентября 1941 года в ряды РККА мобилизовали секретаря Народного суда Кораблинского района Сучкова Сергея Дмитриевича; 30 октября 1941 года — судебного исполнителя Дятлова Василия Ивановича; 15 апреля апреля 1942 года — секретаря судебного заседания Потапову Любовь Федоровну; 15 ноября 1943-го — судебного исполнителя Федорова Ивана Федоровича.
В военные годы основную часть работающего в тылу населения составляли женщины и уволенные по ранению из рядов Красной Армии мужчины. Почти 11600 кораблинцев находились в действующей армии, 8500 из которых не вернулись домой.
Привлечение женщин в состав Вооруженных сил СССР было связано прежде всего с огромными людскими потерями в начале войны. Мобилизовывали незамужних девушек в возрасте от 18 до 25 лет с образованием не ниже 5–7 классов. В основном женщины заменяли мужчин-радистов, работников полевой почты, экспедиторов, телеграфных техников, санитаров. Они занимали также должности специалистов административно-хозяйственной службы (заведующих складами, шоферов, трактористов, поваров, кладовщиков, счетоводов), которые после окончания войны возвращались в свои родные места к мирной жизни.
Так, в Народный суд Кораблинского района 4 июля 1946 года на должность судебного исполнителя была принята Беликова Мария Ефимовна, уроженка с. Пустотино Семионовского района. Она проходила службу в рядах Красной армии в должности шофера с 13 июля 1943-го по 22 июля 1945 года. Мария Ефимовна была награждена медалью «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.».
Судебные органы играли важную роль в обеспечении соблюдения законов военного времени, укреплении дисциплины и правопорядка, мобилизации потенциала страны для отпора агрессору. Эффективно организованная судебная система и система государственного управления в целом стала важным фактором победоносного окончания войны.
Изменилось время, изменились дела в суде, но о том времени мы должны помнить и ценить свою историю, чтить память погибших и отдавать дань уважения живым.(Газета «Кораблинские вести» № 20 (11860) от 15 мая 2025 г.)
По информации Кораблинского районного суда Рязанской области.